Главная / ПсихологияВеликие психотерапевты → Лекция 8. Гипноз Милтона Эриксона

Милтон Эриксон — исследователь гипноза и коммуникации
годы жизни: 05.12.1901 - 25.03.1980

Милтон Эриксон — выдающийся американский просветитель, психотерапевт, гипнотизёр.

Erickson

Сделаем небольшое отступление.

Важным вопросом психотерапии является вот какой: что такое раппорт? Одно из определений говорит, что это «вид близких и гармоничных отношений, в которых люди понимают чувства и идеи друг друга и хорошо коммуницируют».

Раппорт (можно супер-упрощённо перевести как «контакт»), как показывают современные исследования, является определяющей компонентой эффективной психотерапии.

***

Эриксон родился в большой фермерской семье в начале 20-го века.

В детском возрасте у него были проблемы с обучением чтению (например, долго не мог уяснить разницу между цифрой 3 и буквой m).

В решении проблемы помогла терпеливая учительница, продолжавшая повторять и повторять объяснение различия, пока в одной яркой белой вспышке Эриксон не понял его.

В позднем подростковом возрасте Эриксона поразил и почти убил полиомиелит. Эриксон, лёжа на кровати, услышал, как врачи в соседней комнате сказали матери: мальчик не доживёт до утра. Эриксон, злой от врачей, которые могли такое сказать матери ребёнка, решил, что обязательно увидит рассвет. По его просьбе мать сдвинула тяжелые предметы в комнате таким образом, чтобы ничего не стояло на пути взгляда в окно.

С утра Эриксон увидел огромное солнце. Комната и оконная рама исчезли. После этого он провёл несколько дней без сознания.

Эриксон выжил, но был практически полностью обездвижен в течение многих месяцев. Вместо чтения книг и изучения школьных дисциплин парализованный Эриксон внимательно наблюдает (от скуки) за взаимодействием членов большой семьи между собой.

Например, старшая сестра спрашивает младшую, не поделится ли та яблоком. Вторая на словах отвечает «да», а весь её вид говорит «нет».

Больше не на что было смотреть, и Эриксон в деталях учится различению основного набора невербальных сигналов.

***

На родительской ферме было всего две книги: история США и энциклопедический словарь.

Больше нечего было читать, и Эриксон многократно прочитывает словарь от A до Z, от корки до корки.

Спустя много лет коллега-психиатр приглашает Эриксона (после окончания лекции, с которой Эриксон приехал) в гости и между делом показывает очень примечательный спирального вида объект. Спрашивает Эриксона: «а ты знаешь, что это такое»?

Narwhal tusk

Эриксон отвечает: «да, это бивень нарвала».

«Ты первый человек, который опознал этот предмет, среди всех, кто на него смотрел», — отвечает хозяин, объясняя, что его дед был китоловом и получил бивень от пойманного нарвала. С тех пор это была семейная реликвия, и гостям предлагали угадать, что это за предмет (не раскрывая ответа). Никто, кроме Эриксона, не разгадал.

Коллега интересуется, как Эриксону удалось опознать предмет.

Эриксон отвечает, что, когда ему было пять или шесть лет, он видел картинку бивня в энциклопедическом словаре.

Webster narwhal
963-я страница энциклопедического словаря Вебстера

В изложении Эриксона своим образованным американским слушателям и читателям у этой истории есть «второй слой». У каждого из этих слушателей и читателей данный энциклопедический словарь стоял на полке, и каждый из них с хорошей вероятностью пролистывал хотя бы раз-другой.

Эриксон показывает в своих гипнотических экспериментах, что после серии специальных тренировок гипнотический субъект в глубоком трансе может восстановить точный образ страницы прочитанной книги, включая все абзацы, информацию о нумерации, надписи на полях и т. д.

То, что человек в глубоком трансе способен сделать явно и прямолинейно, человек в поверхностном трансе внимательного чтения (или слушания) делает бессознательно. Вытесненная (не осознанная) информация превращается в ассоциации, в чувства, в поведение.

В заглавии (верхнем поле) страницы с «нарвалом» написано «NARCOTIC» — «наркотик». Описание словарной статьи: вещество, которое в умеренных дозах притупляет чувства, облегчает боль, увеличивает внушаемость, вызывает сонливость (и т. д. по тексту).

Вся история превращается в замаскированное внушение перейти в «наркотический транс». Является своеобразным вербальным «программированием нервной системы».

Длина истории подобрана таким образом, чтобы при устном рассказе у подсознания листавшего хотя бы раз в жизни словарь Вебстера слушателя едва-едва хватило времени произвести нужный ряд «расчётов» и создать потенциал для дальнейшего реагирования (развития ассоциативной цепочки).

***

Занимаясь своей частью семейного фермерского хозяйства, молодой Эриксон подвергает метод своего деда по посадке картофеля экспериментальной научной проверке. В соответствии с дедовским способом, картошку надо садить обязательно глазкáми наверх и во время определённых фаз луны.

Эриксон делит участок на секции, в каждой из которых сажает картофель глазками в разные стороны и во время разных фаз луны, выделяя один из участков под контрольную группу (посаженную по методу деда). Исследование даёт результат: все участки показывают одинаковую производительность.

Дедушка выражает безразличие. Эриксон увлекается научным методом на всю будущую жизнь.

***

Ключевой вопрос психотерапии — вопрос раппорта.

Отношения в большой семье (и участие, фактически, в семейном бизнесе) это вынужденный тренинг раппорта.

«Уесть» дедушку в его профессиональном вопросе — это получение особенного интеллектуального раппорта. На фоне внешнего равнодушия дедушки Эриксон (может быть даже если не «от» него, то «посредством» него) получает разрешение ставить под сомнение авторитеты и совершать научные открытия.

Отношения учительницы с трудным учеником, при которых она терпеливо повторяет объяснения тривиальной (с точки зрения взрослого человека) разницы — это другой вид раппорта.

Опознание семейной реликвии психиатра, про которую никто другой ничего не мог сказать, это третий вид раппорта. После «демистификации» процесса разгадывания (Эриксон не пытается притворяться китобоем, каким был дед его коллеги, а открыто указывает на источник информации) это нестираемый штамп «свой человек» во всех дальнейших взаимодействиях.

Ассоциативное «напоминание» ключевых элементов первых шагов детского самообучения — перелистывания словаря — создаёт глубокий раппорт с частью подсознания образованного слушателя или читателя. Такие примеры Эриксон особенно любил: его гипнотические индукции часто содержат описания того, как ребёнок учится ходить и т. п.

***

Позднее, «фермерский мальчик» Эриксон поступает в институт на врача (одна из самых престижных профессий в Америке), ведёт редакторскую колонку местного журнала (пишет статьи, вставая по будильнику среди ночи и на утро забывая весь процесс, забирая конверт с итоговым текстом со стола), подрабатывает выполнением заказов на расчёт статистики психологических исследований (до появления первых персональных ЭВМ ещё полвека).

В институте преподаёт доктор Кларк Халл — один из самых известных (и в наше время) научных исследователей гипноза. Доктор Халл был на 15 лет старше Эриксона. Родился в семье фермера. Перенёс полиомиелит и хромал на одну ногу (после той же болезни получил хромоту и Эриксон — отсюда его знаменитые фотографии с тростью).

Эриксон проявляет интерес к гипнозу.

Конечно, Халл даёт Эриксону свою негласную протекцию.

Hull
Кларк Леонард Халл, годы жизни: 24.05.1884 - 10.05.1952

Третьекурсник Эриксон получает возможность проводить самостоятельные исследования гипноза (постановка задачи, проведение экспериментальной работы, публикация выводов — без супервизии и навязанных соавторов) на студентах нескольких факультетов (пару сотен человек).

Приходит время публикации результатов. Эриксон в тщательной, корректной, уважительной манере хорошего академического письма, ссылаясь на работы Халла, полностью опровергает базовые постулаты подхода своего покровителя.

Халл и Эриксон больше никогда не пересекаются в личной и профессиональной сфере.

Невероятное (сродни юнгианской «синхронии») сходство личных особенностей и профессиональных интересов преподавателя и студента даёт возможность сформироваться определённому варианту отношений — очередному виду раппорта.

***

Эриксон, проработав после выпуска несколько лет в качестве психиатра в госпиталях/стационарах, открывает частную психотерапевтическую практику.

Примерно в то же время создаёт собственный научный журнал клинического гипноза и начинает подробно описывать собственную практику и лабораторные исследования. Описание уровней транса, анализ сомнамбул, анализ феноменов изменённого восприятия, описание аффективных состояний и т. д. и т. п.

Сложившиеся убеждения и заблуждения о гипнозе, психиатрии, психотерапии, психоанализе подвергаются демифологизации и демистификации, как дедовские методы посадки картофеля. Своим «научным картофелем» Эриксон кормит академическое сообщество всю оставшуюся жизнь.

Эриксон последовательно экспериментирует с лабораторным (гипнотическим) вызыванием ряда психопатологических феноменов (например, временная потеря зрения и т. п.). Чем, «от противного», доказывает, что ряд клинических симптомов являются феноменами «постоянного транса».

Раппорт с подсознанием клиента требует, как выясняет Эриксон, особенно тщательного выбора слов, череды мелких технических уступок и одолжений разным «подсознательным требованиям» клиента, умения догадываться по сравнительно небольшим внешним проявлениям о том, что происходит во внутреннем мире субъекта в трансе.

Многолетние эксперименты с гипнозом приводят Эриксона к выводу, что практически любая психологическая проблема является своего сорта затянувшимся негативным трансом. Задача психотерапевта — «разбудить» от этого транса клиента.

Каждая научная статья Эриксона является сжатым источником параллельных сообщений. Кроме своего прямого академического значения, каждая статья является ребусом в стиле «бивня нарвала».

В более позднее время Эриксон встречает Джея Хейли. Книги в соавторстве с Хейли дают Эриксону мировую известность за пределами академических кругов. Эриксон превращается во всемирно известного гения.

Заочные отношения читателя с «признанным гением» — это тоже сорт раппорта. Пример из практики (более раннего периода жизни Эриксона): клиент просит разрешения Эриксона на то, чтобы приходить под окна кабинета, проводить час сидя в машине в размышлениях над своей проблемой, и уходить. Договариваются о расписании. Клиент выполняет выбранный план самолечения и получает результат.

Почему бы клиенту просто самому по себе не выезжать куда-нибудь на машине и целиком исключить взаимодействие с Эриксоном, раз с проблемой он смог разобраться, фактически, целиком самостоятельно? Потому что даже символическая коммуникация (решение вопросов расписания сеансов) создаёт определённые отношения. Возникает определённый вид раппорта. Нет раппорта — нет терапии.

***

В течение своей профессиональной деятельности Эриксон работал в самом широком формате.

От тематических научных лекций перед сотней участников по приглашению психиатрических обществ до разговоров с Бейтсоном (Уиклендом, Хейли) у себя дома под тиканье часов и периодический хохот. Уикленд на материале этих «кухонных бесед» основывает свою модальность (подход) краткосрочной и семейной терапии, впоследствии завоёвывающий всемирную популярность.

От формальных лабораторных исследований гипноза до импровизированного исследования «глубокой рефлексии» Олдоса Хаксли (автора знаменитого романа «О дивный новый мир») по ходу визитов друг к другу в гости. (Как выяснилось, Хаксли придумывал свои книги, находясь в особенном и необычном состоянии полного внутреннего сосредоточения.)

Эриксон, пожалуй, даже в большей мере просветитель, чем психотерапевт. Кроме всего прочего, вся его жизнь является примером постановки и решения задачи оформления, распространения и продвижения революционного знания. Единственно доступным ресурсом для распространения и продвижения своих знаний у человека из обычной семьи и без начальных связей являются, конечно, разнообразные варианты раппорта.

***

Стив Андреас (про которого поговорим в одной из следующих лекций), гештальт-терапевт, автор книг, в сравнительно молодом возрасте (хотя уже и будучи состоявшимся автором) знакомится со стариком Эриксоном.

Эриксон ведёт групповые занятия для специалистов-психологов, прекращая принимать рядовых клиентов. На занятиях обсуждается теория и практика гипноза, рассказываются истории из практики, слушатели постоянно проваливаются в транс и иногда выплывают из него, по пути каким-то странным и не вполне понятным образом избавляясь от личных проблем.

Молодой Стив Андреас хочет, чтобы гениальный дедушка Эриксон дал ему автограф на одной из книг последнего. Эриксон соглашается, но с условием, что Стив подпишет Эриксону одну из книг первого.

Андреас стесняется и ломается какое-то время, но деваться некуда. Обменялись книгами как равные. Я психолог, ты психолог, я автор книг, ты автор книг. Раппорт двух равных.

Про что эта история? Про то, что так называемого «эриксонианского гипноза» (как он подаётся в брошюрах рекламных курсов у нас и за рубежом) не существует и не может существовать.

Эриксон считал, что каждому клиенту нужен какой-то свой вид психотерапии. Строго говоря, данное высказывание превращается, между строк, в укор и троллинг всех прочих коллег-психотерапевтов и исследователей — Эриксон был изобретателем нескольких десятков кардинально различных подходов (модальностей) психотерапий.

Делал он это совершенно мимоходом и не выставляя напоказ, просто тщательно и упорно работая на благо и в целях изменения очередного клиента, для которого всё ранее известное не подходило в оптимальной мере. Ну и, наверное, чтобы не было скучно — детский опыт.

Точно также Эриксон всем своим последователям-психологам предлагал разработать собственную технологию, отказаться от попыток скопировать самого Эриксона.

***

Джефри Зайг, первый из известных учеников Милтона Эриксона и вечный председатель фонда Милтона Эриксона (с момента смерти Эриксона) «понял» своего учителя с точностью до наоборот.

Когда Эриксон советовал ему «тянуть за собой людей вверх», предполагалось, наверное, что Зайг должен открыть собственный фонд, начать развивать «зейгианство» (конечно, вполне законно на первых этапах продвигаясь как ученик самого Эриксона), а под закат профессиональной карьеры вспомнить про своего давнего учителя и выделить пару грантов на исследование его наследия (попутно оцифровав и выложив сотню архивных записей для свободного скачивания за умеренную плату).

Зайг выжал всё, что можно, с наследия Эриксона в рекламном плане, продавая семинары и лекции от имени фонда имени Эриксона. После десятилетий деятельности фонда он наконец-то набрался смелости открыто заняться «зайгианством», почти прекратив эксплуатацию имени учителя.

В интернет-магазине фонда продаётся ровно одна видеозапись сеанса терапии Эриксона, зато можно купить несколько вариантов футболок, плакатов и игральных карт со стилизованными прикольными картинками Эриксона и его учеников.

***

«Эриксонианский гипноз» и «эриксонианский подход», конечно, может иметь место. Образоваться он может путём независимого технического анализа, «дешифровки» текстов и аудиозаписей полных образцов (от A до Z) работы мастера.

Вместо сертификатов и учётных книжек проведённых на тренингах часов обучения, в отличие от любых других подходов, в зачёт могут быть предъявлены только конкретные модели терапии, созданные путём тщательного (в определённом смысле, математического) анализа и обобщения работы мастера.

Кто погружался в подобную работу имеет право (но почему-то очень сдержано им пользуется) говорить о сути эриксонианского гипноза и эриксоновской терапии.

Для тех, кто бесконечно рассуждает на ночных ток-шоу и многодневных тренингах о простом как сапог «эриксоновском гипнозе», виртуально снисходительно похлопывая по плечу старика Милтона, процитируем Альфреда Коржибского, основателя общей семантики: Бог может простить ваши грехи, а ваша нервная система — не станет.

Впрочем, последние исследования показывают, что, например, в бивне нарвала нервная система присутствует. А вот у сапог её, увы, нет.

Нет нервной системы — нет раппорта — нет ни обучения, ни психотерапии.

***

Маленький Эриксон подрабатывает продажей книг соседним фермерам. Конечно, спам уже тогда не любили. Рекламируя свой товар очередному соседу, Эриксон машинально поднимает камешек с земли и начинает чесать спину подошедшей свинье (у свиней грубая кожа, и они не могут сами до себя дотянуться, поэтому, когда их чешут, они получают большое удовольствие).

Фермер в восторге — «ты знаешь, как чесать свиней». Предлагает зайти в дом, внимательно слушает рекламную речь, что-то покупает из предложенного ассортимента.

Раппорт — это умение «правильно чесать свиней» собеседника.