Главная / ПсихологияВеликие психотерапевты → Лекция 6. Бихевиоризм Берреса Фредерика Скиннера

Беррес Фредерик Скиннер — бихевиорист
годы жизни: 20.03.1904 - 18.08.1990

Беррес Фредерик Скиннер — победитель рейтинга наиболее выдающихся психологов. Фрейд на третьем месте, Роджерс на девятом.

Skinner

Иногда, описывая разнообразие психотерапевтических подходов, говорят о том, что существует три ветки терапии: психоаналитическая/психодинамическая, экзистенциальная и поведенческая. Основатель первой ветки — Фрейд, второй — Роджерс, третьей — Скиннер.

Сердцевина подхода Скиннера — метод оперантного формирования («шейпинга», от английского shape, форма). По сути, оперантное формирование заключается в выдаче подкрепления сразу же в момент, когда субъект делает маленький успех в продвижении к конкретной цели. Чередой своевременно выданных подкреплений по адекватному плану новое поведение субъекта буквально «вылепливается» (как скульптор придаёт форму материалу — оформляется, «шейпится»).

Например, при дрессировке дельфина на увеличение высоты прыжка по команде (допустим, некоторую высоту он уже берёт и команде обучен), сигнал подкрепления подаётся в точности в момент преодоления дельфином некоей заранее заданной планки (которая ставится немного выше предыдущего рекорда дельфина, затем ещё слегка увеличивается и т. д.). Сигналом подкрепления может выступать, например, свисток тренера, который предварительно был связан с безусловным пищевым подкреплением путём прямой ассоциации: перед началом тренировочного дня кормим дельфина по одному лакомой рыбкой, подавай сигнал подкрепления каждый раз, когда дельфин схватывает очередную рыбку.

Книги Скиннера сравнительно тяжело читаются, это трудные академические тексты. Диапазон его книг очень широкий — от отчётов о научных исследованиях до научной фантастики о том, как перестроить весь мир для прироста благосостояния и предотвращения войн. Где-то в середине построения на тему радикальной перестройки системы школьного образования.

Книги Карен Прайор читаются легко и бегло и представляют из себя лаконичные инструкции, чередующиеся с забавными профессиональными историями (про дельфинов и про людей). В одном из рассказов, например, подаётся вот какая история. Дрессировщики перепутали дельфина, который должен был выступать, и выпустили вместо него другую особь на представление. Тренер жаловался на то, что дельфин выполняет команды как-то с трудом (хотя разница была не такой явной, чтобы зрители заметили подвох). Потом, конечно, выяснилось, что это вообще был не тот дельфин. Оказывается, он смог не просто научиться тому, что делал его коллега, просто смотря на него со стороны во время тренировок (хотя сам, конечно, тоже был обучен — но натаскан на другое представление) — но и смог быстро понять, что от него требуется, когда дрессировщики выпустили его на чужое шоу.

Это, конечно, показывает, что оперантное формирование, со всеми своими строгими правилами применения и требованием железной дисциплины оператора (дрессировщика), является лишь составной частью обучения, неким опорным процессом, вокруг которого кристаллизуются все прочие. Является универсальным катализатором изменений.

В первой публичной демонстрации перед журналистами журнала «LOOK» Скиннер за 20 минут научил («сформировал») необученную собаку (которую привезли с собой журналисты) прыгать на стену.

Skinner dog 1

Журналисты не ожидали столь быстрого результата. Скиннер передал инициативу своему аспиранту, который «на сдачу» (в смысле, в остаток отведённого времени) учит собаку открывать мусорное ведро с педалью.

Skinner dog 2

Скиннер победил скептично настроенных журналистов в негласном пари, на кону которого стояла его репутация. И одновременно открыл эру оперантного формирования.

Процесс оперантного формирования является своего сорта игрой. У некоторых людей возникает что-то вроде внутренней непереносимости к самой идее целенаправленно формировать реакции других живых существ (тем более, людей). Впрочем, чтобы не заниматься формированием по ходу банального бытового общения, надо сидеть молча, не делать жестов, и даже не угукать:

Верпланк, Гринспун и др. показали, что в отношениях между людьми возможна оперантная обусловленность вербального поведения. Говоря кратко, если экспериментатор говорит: "М-гм" или "Хорошо" – или кивает головой после определенных слов или утверждений собеседника, эти слова благодаря их подкреплению будут произноситься чаще. Было показано, что, используя такой метод, можно увеличить частоту появления таких разных категорий слов, как существительные множественного числа, недоброжелательные слова, выражение мнений. Человек совершенно не сознает, что на него воздействуют с помощью подкреплений. Это предполагает, что с помощью выборочного подкрепления можно сделать так, что другой человек будет использовать любые виды слов и делать любые заявления, которые мы решили подкрепить.

Как вы думаете, кто автор цитаты? Карл Роджерс.

Самый «антиманипулятивный» на словах подход — роджерианская терапия — в своём истоке является оперантным формированием эмоций. Роджерс не просто знал и цитировал скиннеровские источники — он рутинно его применял в своём подходе в качестве «катализатора» терапевтических изменений.

Скиннер, в отличие от Роджерса, бескомпромиссно идёт в сторону максимально конкретизации и операционализации своего подхода, оставляя оптимальный для дальнейшей популяризации своего подхода уровень размытости инструкций к действию далеко за спиной. Поэтому подход Скиннера до сих пор популярен в кругах «собачников», но забыт и перечёркнут в психотерапии.

Настоящая когнитивно-поведенческая терапия — это оперантное формирование поведенческих (невербальных) сигналов когнитивных процессов. Это буквальный шейпинг когнитивных стратегий клиента, по его заказу, и буквальный шейпинг интеграции внутренних конфликтов клиента — с непосредственно наблюдаемой терапевтом обратной связью и ювелирным применением подкрепляющих сигналов.

Итак, когнитивно-поведенческой терапией должно было бы называться прямое программирование когнитивных процессов клиента на основе прямого наблюдения и формирования (шейпинга) невербальных сигналов.

В наше время, когнитивно-поведенческой терапией называется рутинная работа с вербальной декомпозицией проблемы, тривиальными «домашними заданиями», скучными тестами и т. п. Своеобразное сферическое плацебо в вакууме, идеально подходящее для проведения статистических экспериментов, открыто игнорирующее любые конкретные механизмы изменений, потерявшее методическую и эмпирическую возможность проследить непосредственную (практически механическую) связь между воздействием и результатом.

Впрочем, когнитивно-поведенческой терапии посвящена отдельная лекция.

Здесь важно отметить, что «поведенческий подход», в авангарде которого шёл Скиннер, не имеет ни по содержанию, ни по духу ничего общего с «когнитивно-поведенческой терапией».

Наследие Скиннера, не до конца понятого, подвергавшегося много раз скоординированным клеветническим атакам, до последних лет жизни сохранявшего острый ум и продолжавшего работать, только лишь приоткрывает волшебную дверь в мир реальных изменений человеческой активности. Переступать ли порог или закрывать глаза и отворачиваться — вопрос личного выбора.